В праздник святой равноапостольной княгини Ольги хочу рассказать одну историю, тоже про Ольгу, тоже со...

Псковщины!
⠀
Как-то, в гостях на хуторе, у подруги Ольги Волконской…
⠀
Как всегда, дни наших каникул в прекрасных Печорах пролетели очень ярко, насыщенно и быстро.
Было много новых встреч, интересных событий и красивых мест, и все же, мне было мало всего этого, хотелось увезти с собой нечто особенное, сокровенное, таинственное, родное. И я поняла, что мне захотелось забрать с собой – это воспоминания самой Оли о том, как появилось это самое место, где мы сейчас находимся и которое мне теперь тоже очень дорого – Хлебный Хутор. Я включила диктофон, и сама, с большим интересом, отправилась вместе с Олей в путешествие – Тюмень-Печоры.
⠀
(Делая перевод аудиозаписи в текстовый формат, я решила сохранить разговорный стиль и особенности повествования рассказчицы)
⠀
ХОЗЯЙКА ХЛЕБНОГО ХУТОРА.
⠀
Мой сын Артем родился не совсем здоровым и мне пришлось менять свою жизнь, создавать ему атмосферу чтобы ему было легче. У него были заболевания связанные с нарушением обмена веществ. Он часто болел и от этого я находилась в постоянном нервном напряжении. Однажды один врач посоветовал поменять ребенку регион проживания. Мое сердце откликнулось на это предложение, хотя было очень страшно, ведь переезд, это очень серьезный шаг.
Я начала постепенно решать этот вопрос, сначала не очень глобально. Продала квартиру в городе Тюмени и купила дом в лесу, в тайге. В Заводоуковском районе, на 29 километре юго-западнее села Тумашев. На тот момент мне казалось, что проблема будет решена, но как оказалось в последствии – проблемы только начинались, но правда в бытовом плане, а здоровье ребенка не улучшилось. И все же, мне удалось отдохнуть там душой. Удивительно, но мне не было страшно жить в лесу одной с детьми. Домик наш раньше стоял недалеко от железной дороги, которая была в войну, но потом дорогу разобрали и место стало безлюдным. Правда осталась своя электростанция, а воду мы пили дождевую, кипятили и пили. Раз в месяц я выезжала на своей ниве в магазин и затаривалась продуктами и чистой водой. Я, можно сказать, вынужденно прошла школу экстримальной езды, так как чтобы попасть к нам домой, нужно было очень хорошо постараться! Потому что там другого выхода нет, если чуть замедлить и встать, то тебя вытянет только трактор, который ты непонятно когда найдешь. Прожили мы там, в тайге, полтора года.
⠀
По состоянию здоровья ребенка было понятно, что ситуация не улучшилась и я снова стала искать варианты переезда. За пределами Сибири мало кого знала, но была у меня одна знакомая, подруга которой жила в Изборске. Я с ней связалась, она обещала мне помочь и предложила участвовать в их проекте развития туризма в регионе. Картинка мне представилась очень перспективная и я недолго думая собрала вещи и настроилась на глобальный переезд. Так, с двумя детьми и племянницей, которая захотела ехать с нами, мы оказались на Псковской земле. Дом в тайге я отдала людям по очень низкой цене, практически даром, так как мне срочно нужно было закрыть этот вопрос. А дом у них впоследствии сгорел, к сожалению.
⠀
Очень обидно, что при переезде были потеряны все старые семейные фотографии. Мама моя мне долго не могла простить наш переезд и сама переезжать не хотела. Мои объяснения, что это все делается ради здоровья сына, она не слышала и не понимала. И вообще, мне многие говорили что я сумасшедшая, не верил никто, что я справлюсь и все будет хорошо. Я же приехала сюда одна, с двумя детьми, и практически сразу оказалась с кредитами и долгами, которые появились потому, что в Изборске меня сильно обманули и предполагаемое дело не сложилось. Начались серьезные финансовые потери и мне пришлось не просто работать а по-настоящему ишачить. Я не могла себе позволить нормально спать не одну ночь. По ночам пекла хлеб и пряники, а утром уезжала продавать. Пока хлеб печется, я сплю, а это минут сорок, потом ставлю следующую партию и так всю ночь. Утром нужно было собираться на тропу – подготовить стол, зонтик, коробки с хлебом и пряниками, собрать ребенка, перекус с собой на целый день. В Изборске все это выгрузить, дотащить на себе до места, расставить, разложить. И так было в течении нескольких лет. Вобщем, Артем вырос на этой тропе у ключей в Изборске.
⠀
В итоге, так сложилось, что мне пришлось срочно уехать в Псков и снять там квартиру, при этом у меня уже была корова. Стала я искать варианты к кому можно было на время пристроить мою корову при этом параллельно подыскивала себе дом.
Этот дом, где мы сейчас живем я нашла достаточно быстро и он мне, кстати, сразу то и не приглянулся. Только тогда, когда Леша отвел меня к реке на место бывшей мельницы и показал эти красивые места, я поняла, что я тут остаюсь! Полуразвалившийся дом с отсутствием печки, колодца и электричества меня не напугали, можно сказать, что я почти не заметила эти недостатки, а запомнила лишь красивый водопад на месте разрушенной мельницы и саму мельницу тоже уже видела в своем воображении. И у меня не было мысли что - ох как много работы, я видела лишь – сколько всего можно сделать.
Так как у меня не было времени долго выбирать и мониторить цены на дома, то я сразу согласилась на этот вариант. Бывшие хозяева мне его очень дорого продали, в три раза дороже его реальной стоимости на тот момент. И мне снова нужно было влезать в долги.
⠀
Мою корову, которая должна была вот-вот отелиться удалось пристроить к соседям, жившим неподалеку. Я их упросила, что буду платить за постой, за корм и теленка им тоже отдам, вобщем договорились. Корова, видимо, тоже пережила сильный стресс и сразу начала телиться. Отел был очень тяжелым, но соседи оказались опытными фермерами и все прошло хорошо.
⠀
Переехали мы в этот дом. Печка была в пожароопасном состоянии, но мне все равно приходилось в ней печь. У меня тогда все руки были в ожогах, ведь практически все время приходилось печь в полусонном виде. Чтобы открыть эту печку не обжечься было нереально. Пекарню сделали из старого сарая, который был в полуразрушенном состоянии и когда лил дождь там была огромная лужа и приходилось все время откачивать воду. И вообще кругом была непролазная грязь, дороги мы уже гораздо позже отсыпали.
В это время я выиграла грант на развитие молочного производства, купила оборудование для производства сыра и купила трех коров.
А на тропе, в Изборске, постепенно я начала обретать новых знакомых, друзей. Там же мы и с отцом Марком познакомились. Он, шел, как всегда, окруженный толпой детей, а я продавала хлеб и конфеты ручной работы. Он подошел, поинтересовался что я продаю и я предложила угостить его конфетками. Тут же сбежались все дети и я все конфеты отдала им. Позже, мы познакомились ближе, отец Марк благословил продавать пряники в монастырском буфете.
Когда у меня появился тестомес, стало конечно гораздо легче работать. Потом, потихоньку удалось приобрести и другое необходимое оборудование.
⠀
Здесь, на хуторе, я и с мужем своим познакомилась.
Однажды, когда Леша строил пекарню случилось происшествие – на него упали тяжелые листы гипсокартона и раздробили ногу. Его увезли в больницу. Я осталась одна и продолжала работу в недостроенной пекарне. И началось – то я с хлебом застряну в снегу и мне не выехать, то я дверь случайно захлопнула и она не открывается, а в печке хлеб печется. Пришлось лазать через окно с хлебом туда-сюда, такой ценой давался заработок. Я так уставала от работы и переживаний за Лешу, что несколько раз меня на скорой с нервными приступами увозили к нему в больницу.
Когда Лешу наконец-то выписали, то ему просто некогда было соблюдать необходимые рекомендации. В первый же день после выписки, как только он приехал домой то понял, что тут полный ужас, хозяйство пришло в полный упадок. Забор отвалился, дверь не открывается, у теленка сломалась перегородка в сарае, короче не до отдыха ему было. Передвигаясь на костылях, Леша все же смастерил себе рюкзак чтоб носить дрова в баню и даже толкал застрявшую машину, выталкивал меня из какой-то ямы.

А название Хлебный Хутор родилось само собой, изнутри пришло, из сердца. Изначально другое название было, но недолго.
Позже я выиграла следующий грант и постепенно расширила производство. Благодаря тому, что Леша все строил сам, своими руками, то мы не нанимали строителей. Со временем получилось отстроить трапезную, где сейчас проходят мастер-классы и вообще много чего еще построили.
⠀
А туристов мы начали принимать вообще совершенно неожиданно для себя самих, совершенно без каких либо планов на сельский туризм! А уж когда я сюда переезжала, то у меня и мыслей таких не было. Я думала, что у меня просто будет дом, двор, коза и травы в лесу. А что такое сельский туризм, я тогда даже понятия не имела! Просто однажды, когда еще был только сарайчик вместо пекарни, к нам вдруг приехали сорок человек детей и мы пекли с ними пряники. Когда они приехали, я как раз с дойки выходила, еще даже в ночной рубашке была. Так и вышла к ним в длинной льняной рубахе и с бидоном молока. Потом дети пили это молоко, ели пряники и все были счастливы! Тогда и зародилась мысль развивать деревню ремесел.

P.S. О том, какая сейчас жизнь на Хуторе, вы узнаете, посмотрев это видео Зарегистрируйтесь, чтобы смотреть видео без ограничений